Печать на чашках

18.04.2017

Существование государства является главным признаком цивилизованности общества, его развитости и облагороженное. Человеческая история понимается просветителями прежде всего как политическая история, свидетельствующая о постепенном переходе человечества от варварства к цивилизации, от «естественного состояния» к общественному, регулируемому государством».

Какое следствие для теории эстетического воспитания имела такая философская ориентация? Во-первых, появилась возможность рассматривать искусство не как метафизический феномен, приобщающий субъекта к Космосу или Абсолюту, но как феномен социологический, имеющий реальную общественную природу, закрепленную в соответствующих институтах наряду с другими формами общественного сознания. В перспективе это привело к постановке проблем связи этих форм общественного сознания (в частности, идеологии, науки) с искусством, роли искусства в процессе социализации индивида, приобщения к социальным нормам. Если метафизическая трактовка искусства мистифицировала последнее, делая его достоянием трансцендентного, то объективно-социологическое его рассмотрение, привело, напротив, к чрезмерному «снижению», «утилитаризации» идеи эстетического воспитания, которая доминирует в позитивистских и прагматистских доктринах современности. Если вы хотите сделать печать на чашках, тогда посмотрите на печать на чашках и узнайте, где можно это сделать.

Однако примат социологизма в этом направлении отнюдь не означал элиминации архетипа «Природы». Как указывалось в цитированной статье, историзм просветителей был ограниченным, носил натуралистический характер. Иными словами, натурализм «превращает культуру в одно из звеньев (наряду с другими) природной эволюции, подчиняющееся ее общему закону».

Поэтому если редукция «природного» комплекса, чистый социологизм характерны в основном для апологетически-«стабилизационного» сознания, то бунтарско-анархистские воззрения, которые с необходимостью сосуществуют с апологетикой, осуществляют тотальную критику буржуазной цивилизации и культуры вообще (как «новые левые») путем апелляции к природе, которая уже выступает не как онтологическая данность, но как ценностный идеал.



















К нам пришли

^